Все это превосходно используют художники, желая передать характер движения, такие качества, как стремительность, замедленность, неустойчивость, мощь и т. д.

Удивительной гармонии исполнена икона «Троица» Андрея Рублева, находящаяся в Третьяковской галерее. Изображение трех ангелов вкомпоновано в правильный круг. За какой бы из плавных линий силуэтов ни последовать взглядом, она неизменно «не хочет» выходить за пределы этого круга, а мягко и спокойно возвращается к середине. Все линии уподоблены кругу — чуть волнистые дуги, тяготеющие к замкнутости; в этом словно уснувшем движении воплощена мечта о непреходящей красоте, согласии и покое.

Желая показать соответственно идее произведения бурное движение, порыв, устремленность, художник чаще всего прибегает к наклонному построению всех основных линий и форм композиций. Например, в картине известного прогрессивного итальянского художника Р. Гуттузо «Жены горняков во время забастовки в Сицилии» все протянутые руки демонстранток направлены по диагонали холста, как и общий наклон фигур и даже положение прядей волос на головах женщин. Все это увеличивает страстный порыв демонстрации, остановить которую не может никакой кордон полицейских. Чтобы передать беспомощность этого сопротивления блюстителей порядка, художник с большим композиционным тактом показал только одну фигуру полицейского в правом углу картины. Причем, хотя полицейский и старается задержать людской поток, художник так поставил эту фигуру, что направление ее линий, особенно левой руки, совпадает с направлением движения рук всех женщин, и тем самым зрительно и пластически сопротивление полицейского поглощается общим мощным потоком демонстрации.

Еще более четкое диагональное построение композиции дано в офорте «Прорыв» из цикла «Крестьянская война» немецкой художницы К. Кольвиц. Здесь взбунтовавшаяся вооруженная масса крестьян сплошным потоком движется по диагонали листа. Призывающая к восстанию женщина на первом плане еще более обостряет это движение, которое продолжается слева от нее в вожаках восстания, уже просто несущихся вперед, как вихрь, как ураган.

Важное значение в некоторых композициях имеет последовательность изображенных действий. На этом строится образный расчет в знаменитой фреске Леонардо да Винчи «Тайная вечеря», где мастер задумал показать реакцию апостолов на легендарные слова Христа: «Один из вас предаст меня» Все действующие лица рассажены за тянущимся вдоль картинной плоскости длинным столом и обращены к зрителю: посередине Учитель, по обе руки симметричные группы апостолов. Каждый по-своему откликается на сказанные слова, и, чем дальше к краям, тем более сглажены внешние проявления страстей. Огромный диапазон всколыхнувшихся чувств — от гневного порыва до сдержанного ропота — раскрывает великий мастер в этой фреске. Известный советский историк искусства В. Лазарев сравнивал композицию Леонардо с кругами от брошенного в воду камня, постепенно затухающими.

По сути дела, движение и воссоздаваемый им образ времени в этой фреске столько же относятся к сюжету, как и к ритму плоскости. Еще более решительный переход к сюжетному типу движения и времени можно наблюдать в картине А. Ватто «Отплытие на остров Цитеру». Он изображает справа налево несколько следующих одна за другой сценок влюбленных. В первой показана беседа молодых людей, затем ухаживание, потом настойчивое приглашение и, наконец, веселое отплытие на остров. Все это изображено одновременно в единой среде, на опушке леса, спускающегося по крутому откосу к берегу моря.